Стратегии скрининга для раннего выявления некардиального рака желудка в регионах с низкой и умеренной распространённостью: консенсус Азиатско-Тихоокеанского конгресса по раку пищевода и желудка 2026 года
Gastric Cancer (2026) 29:1185–1205 https://doi.org/10.1007/s10120-026-01800-4
ОБЗОРНАЯ СТАТЬЯ
Ayaka Takasu¹˒² · Fumiaki Ishibashi³ · Rapat Pittayanon⁴ · Hon Chi Yip⁵ · James Weiquan Li⁶ · Munkhsaruul Bayaraa⁷ · Hyunsoo Chung⁸ · Do Hoon Kim⁹ · Kamin Harinwan¹⁰ · Quang Dinh Le¹¹˒¹² · Adolfo Parra-Blanco¹³ · Paulo Kassab¹⁴ · Vincenzo Giorgio Mirante¹⁵ · José Murillo-Rodriguez¹⁶ · Regina Rie Imada¹⁷ · Renata Nobre Moura¹⁸ · Sabina Beg¹⁹ · Pedro Genaro Delgado-Guillena²⁰ · Marta Rodriguez-Carrasco²¹ · Seung-Hun Chon²² · Chul S. Hyun²³ · Grigorios Christodoulidis²⁴ · Vo Duy Long²⁵ · Zili Xiao²⁶ · Sergey Kashin²⁷ · Roman Kuvaev²⁸ · Ian Yu-Hong Wong²⁹ · Robert Bechara³⁰ · Mitsuru Esaki³¹ · Waku Hatta³² · Motohiko Kato³³ · Seiichiro Abe³⁴ · Sho Suzuki³⁵ · Kohei Takizawa³⁶ · Joo Ha Hwang³⁷ · Wai Keung Leung³⁸ · Duc Trong Quach¹¹˒¹² · Matsuda Satoru³⁹ · Han-Kwang Yang⁴⁰ · Takuji Gotoda¹˒²
Поступила: 15 августа 2026 г. / Принята: 4 сентября 2026 г. / Опубликована онлайн: 14 октября 2026 г. © Автор(ы), 2026
Аннотация
Предпосылки. Рак желудка (РЖ) остаётся существенным бременем для здравоохранения во всём мире, а его раннее выявление необходимо для улучшения исходов у пациентов. Хотя скрининг РЖ широко внедрён в странах Восточной Азии с высоким бременем заболевания, оптимальная стратегия скрининга для регионов с низкой и умеренной распространённостью остаётся неясной. Для восполнения этого пробела Азиатско-Тихоокеанский конгресс по раку пищевода и желудка (APGCC) созвал международное консенсусное совещание с целью разработки основанных на доказательствах рекомендаций по улучшению выявления некардиального рака желудка (НКРЖ).
Методы. Рабочая группа APGCC разработала 11 клинических вопросов (КВ), посвящённых скринингу РЖ, с особым вниманием к НКРЖ. Для каждого КВ назначенные авторы выполнили обзоры литературы с использованием PubMed и подготовили сводки доказательств и проекты рекомендаций. Консенсус был достигнут посредством двухраундового модифицированного процесса Дельфи с участием 37 международных экспертов с правом голоса.
Результаты. Консенсусные рекомендации охватывали популяционный скрининг, методы скрининга, выявление лиц высокого риска, показатели качества эзофагогастродуоденоскопии (ЭГДС), эндоскопию с улучшением изображения и эндоскопию с применением искусственного интеллекта. Популяционный эндоскопический скрининг в регионах с низкой и умеренной распространённостью не рекомендуется вследствие недостаточности доказательств. Однако если скрининг проводится, для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц ЭГДС предпочтительнее рентгенологического исследования верхних отделов желудочно-кишечного тракта. В рекомендациях также подчёркивается важность высококачественных эндоскопических исследований, скрининга со стратификацией риска с использованием сывороточных биомаркеров и надлежащего включения передовых эндоскопических технологий.
Заключение. Эти консенсусные рекомендации APGCC служат практическим руководством по улучшению раннего выявления НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью. Консенсус также выделяет существенные пробелы в доказательной базе и создаёт основу для будущих исследований и разработки стратегий скрининга РЖ с учётом региональных особенностей.
Ключевые слова: новообразования желудка · раннее выявление рака · оценка риска.
Расширенные сведения об авторах приведены на последней странице статьи.
Введение
Рак желудка (РЖ) занимает пятое место среди причин смерти от злокачественных новообразований во всём мире [1]. Helicobacter pylori (H. pylori), классифицированный Всемирной организацией здравоохранения как канцероген группы 1, является основным этиологическим фактором РЖ [2]. Наряду с первичной профилактикой посредством эрадикации H. pylori скрининг РЖ давно служит важной стратегией общественного здравоохранения в странах и регионах с высокой распространённостью инфекции H. pylori и, соответственно, высоким риском РЖ. В частности, в странах Восточной Азии, включая Японию, Корею и Китай, до 2000-х годов распространённость инфекции H. pylori была очень высокой, что сопровождалось более высоким бременем заболеваемости РЖ и смертности от него [3]. В результате накоплена обширная доказательная база, подтверждающая эффективность скрининга РЖ как с точки зрения политики здравоохранения, так и с клинической точки зрения.
Улучшение санитарных условий и условий жизни привело к выраженному снижению распространённости инфекции H. pylori, особенно среди молодых поколений, даже в этих исторически характеризовавшихся высокой распространённостью регионах [4, 5]. Вследствие этого распределение риска РЖ в популяции существенно изменилось. Поэтому применение скрининговых стратегий в этих меняющихся социальных и медицинских условиях без соответствующей адаптации требует тщательного рассмотрения. Кроме того, хотя общая распространённость РЖ во многих странах и регионах остаётся относительно низкой, всё более разнообразное население включает людей, родившихся в регионах с высокой распространённостью или происходящих из них. Эти меняющиеся эпидемиологические условия подчёркивают важность индивидуальной оценки риска в дополнение к учёту распространённости на популяционном уровне. Во многих азиатских странах за пределами Восточной Азии, где распространённость инфекции H. pylori относительно низка, а риск РЖ считается низким или умеренным, оптимальный подход к скринингу РЖ остаётся неопределённым.
Для рассмотрения этих вопросов в марте 2026 года в Японии, во время 11-го Азиатско-Тихоокеанского конгресса по раку пищевода и желудка (APGCC), было созвано консенсусное совещание по скринингу РЖ в рамках деятельности рабочей группы Международной ассоциации по раку желудка. Основной целью совещания было содействие стандартизации подходов к скринингу РЖ в представленных на APGCC регионах с низкой и умеренной распространённостью. Одиннадцать клинических вопросов (КВ), разработанных основными членами рабочей группы, были оценены в процессе Дельфи с участием 37 международных экспертов из Азии и других регионов мира. На основании результатов этого консенсусного процесса в настоящем документе представлены рекомендации относительно подходящих стратегий скрининга РЖ для регионов с низкой и умеренной распространённостью.
На этом консенсусном совещании особое внимание уделялось важности раннего выявления РЖ. Поэтому обсуждение было сосредоточено на некардиальном раке желудка (НКРЖ), исключая рак кардиального отдела желудка и рак пищеводно-желудочного перехода, которые чаще диагностируются на распространённых стадиях [6, 7].
Методы
Разработка КВ
Консенсусный процесс был разработан в соответствии с подходом GRADE — Grading of Recommendations Assessment, Development and Evaluation, то есть системой оценки, разработки и определения степени обоснованности рекомендаций, — с заранее установленными модификациями и проведён с использованием модифицированного процесса Дельфи [8]. Основные члены рабочей группы разработали 11 КВ, охватывающих ключевые вопросы скрининга РЖ, на основе структуры PICO: Population, Intervention, Comparison, Outcome — популяция, вмешательство, сравнение, исход. Каждый КВ был закреплён за двумя или тремя авторами, отвечавшими за обзор имеющихся доказательств, подготовку сводки доказательств и составление соответствующего проекта положения-рекомендации и пояснений.
Определение регионов с низкой и умеренной распространённостью РЖ
Для целей настоящего консенсусного документа географические регионы были стратифицированы по стандартизованному по возрасту показателю заболеваемости РЖ (ASR; мировая стандартная популяция), выраженному на 100 000 человеко-лет, с использованием широко принятой трёхуровневой классификации территорий высокого, промежуточного и низкого риска: высокий риск — ASR ≥ 20; промежуточный риск — ASR 10–19,9; низкий риск — ASR < 10 [9, 10]. Регионы, отнесённые по этой классификации к высокому риску, например Япония, Республика Корея, Монголия и отдельные территории Китая, были исключены из сферы охвата настоящего консенсуса. Таким образом, для практических целей «регионы с низкой и умеренной распространённостью» были определены как страны или регионы с совокупным для мужчин и женщин ASR РЖ < 20 на 100 000 человеко-лет, соответствующим категориям промежуточного и низкого риска данной классификации. Оценки ASR были получены из последнего набора данных GLOBOCAN 2022 [1].
Обзор литературы
Для каждого КВ два автора независимо выполняли структурированный поиск литературы в MEDLINE через PubMed для выявления соответствующих англоязычных публикаций. Для каждого КВ использовали заранее определённые стратегии поиска; подробные стратегии поиска и количество выявленных записей приведены в дополнительной таблице 1. Два автора независимо рассматривали найденные статьи, отбирали исследования для цитирования и на основании имеющихся доказательств готовили проекты положений-рекомендаций и пояснения. Достоверность доказательств, лежащих в основе каждой рекомендации, оценивали по методологии GRADE. Затем проекты положений-рекомендаций, присвоенные уровни доказательств и пояснения рассматривались и дорабатывались основными членами консенсусной группы APGCC. Пересмотренные проекты после этого направляли всем участникам с правом голоса через веб-платформу для ознакомления и обсуждения до первого раунда голосования.
Консенсусный процесс Дельфи
Консенсус формировали с использованием двухраундового модифицированного процесса Дельфи с участием 37 международных экспертов с правом голоса, включая авторов КВ (рис. 1). Первый раунд голосования проводили через веб-платформу с 8 декабря 2025 года по 23 января 2026 года. Участники с правом голоса оценивали каждый проект рекомендации; им предлагалось представить замечания относительно формулировки и подтверждающих доказательств. После первого раунда голосования авторы КВ пересматривали положения-рекомендации и пояснения на основании результатов голосования и полученных замечаний. Второй раунд голосования проводили во время консенсусного совещания APGCC 2026 в Окинаве 5 марта 2026 года с очным или дистанционным участием. Во втором раунде голосования участвовали 36 членов группы, поскольку один участник отсутствовал. Каждый КВ представляли назначенные авторы, после чего проводили обсуждение экспертной группой и конфиденциальное электронное голосование с использованием функции опроса платформы для виртуальных совещаний. Во время голосования на совещании несколько участников воздержались или выбрали вариант «Не оценено» по отдельным КВ. Поэтому число голосовавших различалось между КВ.
Определение консенсуса
Категории ответов при оценке рекомендаций включали «Полностью согласен с положением», «Согласен с положением», «Не согласен с положением», «Полностью не согласен с положением» и «Не оценено». Консенсус заранее определяли как согласие не менее 80% голосовавших участников; согласием считали ответы «Полностью согласен» или «Согласен». При выборе формулировки окончательных рекомендаций положения, для которых ≥ 80% голосовавших выбрали «Полностью согласен», формулировали со словами «Мы рекомендуем», тогда как положения, достигшие порога консенсуса, но получившие < 80% ответов «Полностью согласен», формулировали со словами «Мы предлагаем». Положения-рекомендации, достигшие заранее установленного порога консенсуса после второго раунда голосования, принимали в качестве окончательных консенсусных рекомендаций. Окончательные формулировки рекомендаций, уровни доказательств и итоговые результаты голосования по каждому КВ обобщены в таблице 1; полные результаты голосования по каждому КВ представлены в таблице 2. Общая рекомендуемая клиническая последовательность действий, объединяющая окончательные консенсусные рекомендации APGCC, представлена на рис. 2.
Рис. 1. Разработка консенсусных рекомендаций APGCC. Были разработаны 11 клинических вопросов (КВ), после чего выполнены обзор литературы, подготовка и рассмотрение проектов рекомендаций и двухраундовый модифицированный процесс Дельфи. До утверждения окончательных консенсусных рекомендаций проекты были пересмотрены на основании результатов первого раунда голосования и замечаний.
Таблица 1. Клинические вопросы и положения
| КВ | Клинический вопрос | Положение | Достоверность доказательств | Согласие, % |
|---|---|---|---|---|
| КВ1 | Следует ли внедрять популяционную программу эндоскопического скрининга для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц в регионах с низкой и умеренной распространённостью? | Мы не предлагаем проводить популяционные программы эндоскопического скрининга для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц из регионов с низкой и умеренной распространённостью. | Очень низкая | 84,4 |
| КВ2 | Является ли ЭГДС более эффективной, чем рентгенологическое исследование верхних отделов желудочно-кишечного тракта (UGI), для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц в регионах с низкой и умеренной распространённостью? | Мы рекомендуем предпочитать ЭГДС исследованию UGI для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц в регионах с низкой и умеренной распространённостью. | Низкая | 100 |
| КВ3 | Полезна ли стратификация риска для выявления раннего НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью? | Мы предлагаем использовать стратегию стратификации риска для выявления лиц высокого риска с целью эндоскопического выявления раннего НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью. | Низкая | 97,2 |
| КВ4 | Могут ли серологические биомаркеры помочь в выявлении групп риска в регионах с низкой и умеренной распространённостью? | Мы предлагаем использовать серологические биомаркеры для выявления лиц с высоким риском НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью. | Низкая | 94,3 |
| КВ5 | Следует ли рутинно использовать пероральные препараты перед ЭГДС для выявления раннего НКРЖ? | Мы рекомендуем рутинную пероральную премедикацию пеногасителем и муколитиком за 10–30 минут до диагностической ЭГДС, направленной на выявление раннего НКРЖ, для улучшения визуализации слизистой оболочки желудка. | Умеренная | 100 |
| КВ6 | Повышает ли ЭГДС под седацией частоту выявления раннего НКРЖ? | Мы предлагаем выполнять ЭГДС под седацией для улучшения выявления раннего НКРЖ посредством создания оптимальных условий для высококачественной эндоскопической оценки. | Умеренная | 100 |
| КВ7 | Какая продолжительность осмотра при ЭГДС является надлежащей для улучшения выявления раннего НКРЖ? | Мы предлагаем обеспечивать общую продолжительность исследования не менее 5 минут для систематического и всестороннего осмотра слизистой оболочки желудка, чтобы улучшить выявление раннего НКРЖ и обеспечить качество ЭГДС. | Низкая | 100 |
| КВ8 | Следует ли стандартизировать систематическую фотодокументацию анатомических ориентиров при ЭГДС для повышения частоты выявления раннего НКРЖ? | Мы предлагаем стандартизировать систематическую фотодокументацию анатомических ориентиров при ЭГДС для улучшения выявления раннего НКРЖ. | Низкая | 100 |
| КВ9 | Улучшает ли эндоскопия с улучшением изображения (IEE) выявление раннего НКРЖ? | Мы предлагаем использовать IEE в дополнение к эндоскопии в белом свете для выявления раннего НКРЖ у лиц высокого риска, хотя эффективность различается между методами визуализации. | Умеренная | 100 |
| КВ10 | Позволяет ли эндоскопическая визуализация точно оценить атрофию слизистой оболочки желудка или кишечную метаплазию, чтобы помочь выявить пациентов с высоким риском раннего НКРЖ? | Мы предлагаем подтверждать эндоскопическое подозрение на атрофию слизистой оболочки желудка и кишечную метаплазию гистологически, посредством биопсии, в регионах с низкой и умеренной распространённостью. | Низкая | 97,1 |
| КВ11 | Следует ли использовать эндоскопию с искусственным интеллектом (ИИ) для повышения частоты выявления раннего НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью? | Нам не удалось достичь консенсуса относительно того, следует ли рекомендовать или не рекомендовать рутинное применение эндоскопии с поддержкой ИИ для улучшения выявления раннего НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью. | Низкая | 65,7% |
КВ — клинический вопрос; НКРЖ — некардиальный рак желудка; ЭГДС — эзофагогастродуоденоскопия; IEE — эндоскопия с улучшением изображения.
Таблица 2. Итоговые результаты голосования по положениям-рекомендациям
| КВ | Общее число голосов | Полностью согласен с положением | Согласен с положением | Не согласен с положением | Полностью не согласен с положением | Не оценено |
|---|---|---|---|---|---|---|
| КВ1 | 32 | 15 (46,9%) | 12 (37,5%) | 3 (9,4%) | 1 (3,1%) | 1 (3,1%) |
| КВ2 | 35 | 31 (88,6%) | 4 (11,4%) | 0 (0%) | 0 (0%) | 0 (0%) |
| КВ3 | 36 | 25 (69,4%) | 10 (27,8%) | 0 (0%) | 0 (0%) | 1 (2,8%) |
| КВ4 | 35 | 12 (34,3%) | 21 (60,0%) | 2 (5,7%) | 0 (0%) | 0 (0%) |
| КВ5 | 34 | 29 (85,3%) | 5 (14,7%) | 0 (0%) | 0 (0%) | 0 (0%) |
| КВ6 | 36 | 28 (77,8%) | 8 (22,2%) | 0 (0%) | 0 (0%) | 0 (0%) |
| КВ7 | 34 | 27 (79,4%) | 7 (20,6%) | 0 (0%) | 0 (0%) | 0 (0%) |
| КВ8 | 35 | 26 (74,3%) | 9 (25,7%) | 0 (0%) | 0 (0%) | 0 (0%) |
| КВ9 | 36 | 27 (75,0%) | 9 (25,0%) | 0 (0%) | 0 (0%) | 0 (0%) |
| КВ10 | 34 | 15 (44,1%) | 18 (52,9%) | 0 (0%) | 0 (0%) | 1 (2,9%) |
| КВ11 | 35 | 13 (37,1%) | 10 (28,6%) | 3 (8,6%) | 1 (2,9%) | 8 (22,9%) |
КВ — клинический вопрос.
Рис. 2. Рекомендуемая клиническая последовательность действий для раннего выявления некардиального рака желудка (НКРЖ) в регионах с низкой и умеренной распространённостью. Сводный алгоритм, объединяющий консенсусные рекомендации APGCC (КВ1–КВ11). Зелёные блоки обозначают рекомендуемые действия, красные — вмешательства, которые не рекомендуются, серые — этапы процесса или группы населения, а блоки с пунктирной рамкой — области, в которых консенсус не был достигнут. Достоверность доказательств оценивали с использованием подхода GRADE. Процентные значения обозначают уровень согласия среди голосовавших членов экспертной группы. Сокращения: НКРЖ — некардиальный рак желудка; ЭГДС — эзофагогастродуоденоскопия; UGI — рентгенологическое исследование верхних отделов желудочно-кишечного тракта; IEE — эндоскопия с улучшением изображения; ИИ — искусственный интеллект; IM — кишечная метаплазия.
Клинические вопросы
Клинический вопрос 1
Следует ли внедрять популяционную программу эндоскопического скрининга для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц в регионах с низкой и умеренной распространённостью?
Положение
Мы не предлагаем проводить популяционные программы эндоскопического скрининга для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц из регионов с низкой и умеренной распространённостью.
Достоверность доказательств: очень низкая.
Результат голосования: 84,4% («Полностью согласен» — 46,9%; «Согласен» — 37,5%).
Пояснение
Рандомизированные контролируемые исследования (РКИ), изучающие эффективность популяционных программ эндоскопического скрининга в регионах с низкой и умеренной распространённостью, не проводились. Тем не менее результаты нескольких исследований из Японии и Кореи позволяют предположить, что скрининг с помощью эзофагогастродуоденоскопии (ЭГДС) сам по себе может способствовать более раннему выявлению РЖ, особенно у бессимптомных лиц.
В Японии и Корее, где эндоскопический скрининг РЖ уже широко внедрён, большинство случаев РЖ ранних стадий, выявляемых при скрининге, протекают бессимптомно. Ретроспективное когортное исследование из Кореи показало, что у бессимптомных лиц РЖ ранней стадии встречался значительно чаще, чем у пациентов с симптомами: 74,2% против 25,9% в 1996 году и 78,1% против 35,7% в 2001 году; P < 0,001 [11]. Аналогичным образом в японском исследовании типа «случай — контроль» сообщалось, что 75% бессимптомных случаев РЖ выявлялись на ранней стадии, в 84% случаев отсутствовали метастазы в лимфатические узлы, а в 97% случаев было возможно выполнение радикальной резекции [12].
Проспективное когортное исследование в Соединённом Королевстве, где эндоскопический скрининг РЖ среди бессимптомных лиц рутинно не проводится, показало, что у 93% пациентов со злокачественными новообразованиями верхних отделов желудочно-кишечного тракта, включая РЖ, на момент постановки диагноза имелись симптомы тревоги, причём медиана продолжительности симптомов составляла всего 8 недель [13]. Эти данные подтверждают важность выявления РЖ до появления симптомов тревоги.
Хотя эти результаты подтверждают потенциальную ценность ЭГДС как метода скрининга, доказательства в отношении популяционных программ эндоскопического скрининга в регионах с низкой и умеренной распространённостью остаются ограниченными. Напротив, в странах с высокой распространённостью внедрены организованные популяционные программы скрининга РЖ, а убедительные доказательства подтверждают связь между скринингом с помощью ЭГДС и выявлением раннего РЖ. В Корее Национальная программа онкологического скрининга (NCSP) предусматривает скрининг с помощью ЭГДС для взрослых в возрасте от 40 до 74 лет, тогда как в Японии организованный скрининг с помощью ЭГДС предлагается лицам в возрасте ≥ 50 лет.
Ретроспективное когортное исследование, в котором сравнивали 45 654 случая РЖ, выявленных в рамках NCSP и оппортунистического скрининга в Корее, обнаружило значительно более высокую долю раннего РЖ в группе NCSP: 74,0% против 53,8%; P = 0,046 [14]. Аналогично исследование 18 414 участников NCSP показало, что у лиц, проходивших скрининг с помощью ЭГДС, локализованный РЖ диагностировали чаще, чем у лиц, не проходивших скрининг: скорректированное отношение шансов [ОШ] 2,10; 95% доверительный интервал [ДИ] 1,90–2,33 [15]. В Японии проспективное когортное исследование с участием 80 272 человек также показало значительно более высокую долю локализованного РЖ среди участников организованного скрининга с помощью ЭГДС: 75,0% против 54,1%; P < 0,001 [16]. Эти результаты позволяют предположить, что внедрение популяционных программ скрининга РЖ в регионах с высокой распространённостью способствует более раннему выявлению РЖ; однако остаётся неясным, будут ли аналогичные преимущества наблюдаться в регионах с низкой и умеренной распространённостью.
Основная цель скрининга с помощью ЭГДС заключается не только в раннем выявлении РЖ, но и в снижении смертности от него. Общенациональное корейское исследование, включавшее 16 584 283 человека, показало значительное снижение смертности от РЖ среди лиц, прошедших скрининг с помощью ЭГДС: ОШ 0,53; 95% ДИ 0,51–0,56 [17]. Аналогично японское исследование типа «случай — контроль» выявило значительно более низкий риск смерти от РЖ через 36 месяцев после скрининга с помощью ЭГДС: ОШ 0,695; 95% ДИ 0,489–0,986 [18]. Метаанализ 10 исследований из Восточной Азии дополнительно подтвердил связь между скринингом с помощью ЭГДС и снижением смертности от РЖ: относительный риск [ОР] 0,60; 95% ДИ 0,49–0,73 [19].
Однако сопоставимые доказательства для регионов с низкой и умеренной распространённостью за пределами Восточной Азии в настоящее время отсутствуют. В совокупности, хотя скрининг с помощью ЭГДС может способствовать более раннему выявлению РЖ, имеющихся доказательств недостаточно для обоснования популяционных программ эндоскопического скрининга бессимптомных лиц в регионах с низкой и умеренной распространённостью. Необходимы дальнейшие исследования для уточнения подходящей целевой популяции и оптимальной стратегии скрининга в этих регионах. Важно, что данная рекомендация не направлена на ограничение оппортунистического скрининга с помощью ЭГДС у лиц повышенного риска.
Клинический вопрос 2
Является ли ЭГДС более эффективной, чем рентгенологическое исследование верхних отделов желудочно-кишечного тракта (UGI), для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц в регионах с низкой и умеренной распространённостью?
Положение
Мы рекомендуем предпочитать ЭГДС исследованию UGI для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц в регионах с низкой и умеренной распространённостью.
Достоверность доказательств: низкая.
Результат голосования: 100% («Полностью согласен» — 88,6%; «Согласен» — 11,4%).
Пояснение
В настоящее время отсутствуют РКИ, непосредственно сравнивающие ЭГДС и UGI с бариевым контрастированием для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц в регионах с низкой и умеренной распространённостью. Однако из Японии и Кореи, где распространённость РЖ высока и внедрены популяционные программы скрининга с использованием ЭГДС или UGI, опубликованы многочисленные ретроспективные и популяционные исследования, сравнивающие ЭГДС и UGI для выявления раннего РЖ.
В Корее и Японии высокая распространённость РЖ отчасти обусловлена высокой распространённостью инфекции H. pylori в общей популяции. В частности, в Корее распространённость инфекции среди всех поколений составляла приблизительно 66,9% в 1998 году и 59,6% в 2005 году [20].
С учётом этих обстоятельств в рамках NCSP была проведена оценка общенационального скрининга РЖ с использованием ЭГДС или UGI на основании данных, собранных в период с 2002 по 2005 год. ЭГДС продемонстрировала существенно более высокие диагностические показатели по сравнению с UGI: частота выявления РЖ составляла соответственно 2,61 против 0,68 случая на 1000 скрининговых исследований, чувствительность — 69,0% против 36,7%, а положительная прогностическая ценность — 6,2% против 1,7% [21]. Для локализованных опухолей ЭГДС также показала значительно более высокую чувствительность — 65,7% против 32,1% — и большую площадь под ROC-кривой — 0,94 против 0,62; P < 0,001, — чем UGI [21]. Аналогично японское исследование на уровне местного населения выявило устойчиво более высокую чувствительность ЭГДС по сравнению с UGI при оценке как методом выявления, так и методом заболеваемости. При использовании метода заболеваемости чувствительность составляла соответственно 0,89 против 0,83 для первичного раунда скрининга и 0,95 против 0,86 для повторного раунда скрининга [22]. Аналогичным образом в Китае, где РЖ распространён, отсутствует общенациональная программа скрининга, а UGI выполняется редко. Поэтому региональные исследования, непосредственно сравнивающие диагностическую точность ЭГДС и UGI, не проводились. Однако крупное многоцентровое региональное популяционное когортное исследование, проведённое в шести районах высокого риска в период с 2005 по 2015 год, продемонстрировало эффективность однократного скрининга с помощью ЭГДС, показав значительное снижение заболеваемости РЖ по сравнению с отсутствием скрининга: ОР 0,77; 95% ДИ 0,74–0,81 [23]. В соответствии с этими результатами из Японии, Кореи и Китая комплексный метаанализ, объединивший данные 10 популяционных исследований — шести из Японии, двух из Кореи и двух из Китая, — дополнительно подтвердил эти выводы: объединённая чувствительность ЭГДС составляла 69,4% (95% ДИ 61,0–77,8%) по сравнению с 38,0% (95% ДИ 27,0–49,1%) для UGI, а относительная частота выявления — 2,8 (95% ДИ 2,3–3,5), что убедительно подтверждает более высокую диагностическую результативность ЭГДС при выявлении раннего РЖ [19].
Японское исследование типа «случай — контроль», проведённое на уровне местного населения, показало, что у лиц, прошедших скрининг с помощью ЭГДС в течение 36 месяцев до постановки диагноза, смертность от РЖ была ниже на 30%: ОШ 0,70; 95% ДИ 0,49–0,99. При этом скрининг с помощью UGI не обеспечивал статистически значимого снижения смертности: ОШ 0,87; 95% ДИ 0,63–1,19 [18]. Метаанализ дополнительно показал, что скрининг с помощью ЭГДС у бессимптомных лиц был связан с приблизительно 40%-ным снижением смертности от РЖ по сравнению с отсутствием скрининга [19].
Одним из существенных преимуществ ЭГДС перед UGI является возможность выполнения прицельной биопсии во время процедуры. Это позволяет гистопатологически подтвердить подозрительные изменения, а также оценить гистологический тип опухоли и степень её дифференцировки. Такая информация необходима для определения оптимальной лечебной стратегии и раннего выявления предраковых изменений или изменений высокого риска; получить её при UGI невозможно.
В совокупности доказательства из стран с высокой распространённостью, таких как Япония и Корея, позволяют считать ЭГДС превосходящей UGI у бессимптомных лиц по точности выявления, снижению специфической смертности от РЖ, профилю безопасности и экономической эффективности. Хотя прямые доказательства из стран с низкой и умеренной распространённостью остаются ограниченными, имеющиеся результаты поддерживают использование ЭГДС, а не UGI, для выявления раннего НКРЖ у бессимптомных лиц в этих регионах. Тем не менее необходимы дальнейшие исследования снижения смертности и экономической эффективности в странах с низкой и умеренной распространённостью.
Клинический вопрос 3
Полезна ли стратификация риска для выявления раннего НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью?
Положение
Мы предлагаем использовать стратегию стратификации риска для выявления лиц высокого риска с целью эндоскопического выявления раннего НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью.
Достоверность доказательств: низкая.
Результат голосования: 97,2% («Полностью согласен» — 69,4%; «Согласен» — 27,8%).
Пояснение
В регионах с низкой и умеренной распространённостью отсутствуют РКИ, непосредственно оценивающие, улучшает ли скрининг со стратификацией риска выявление раннего НКРЖ. Напротив, в странах с высокой распространённостью, таких как Япония и Корея, накоплены обширные эпидемиологические данные, поддерживающие концепцию стратификации по риску для выявления лиц с повышенным риском РЖ. Эти результаты дают важную контекстную информацию при рассмотрении подходов со стратификацией риска в условиях более низкой распространённости. Неинвазивные методы стратификации риска, применимые до ЭГДС в бессимптомных популяциях, включают определение антител к H. pylori, уровней сывороточного пепсиногена (PG), их совместную интерпретацию с использованием метода ABC, предложенного Miki и соавт., а также другие факторы, такие как семейный анамнез РЖ, возраст, курение или особенности питания [24, 25]. Кроме того, эпидемиологические характеристики, включая страну рождения или происхождение из региона с высокой распространённостью, могут давать важную контекстную информацию для индивидуальной оценки риска, особенно в странах со всё более разнообразным населением. Среди этих неинвазивных показателей наиболее обширной доказательной базой обладают серологические маркеры, в частности совместная оценка антител к H. pylori и PG, поскольку они непосредственно отражают биологическую последовательность от инфекции H. pylori к атрофическому гастриту и последующему канцерогенезу в желудке. Другие неинвазивные факторы, такие как семейный анамнез и риски, связанные с образом жизни, обеспечивают дополнительную прогностическую ценность, но обладают меньшей самостоятельной способностью разграничивать уровни риска.
Крупное японское когортное исследование, оценивавшее классификацию ABC, основанную на статусе антител к H. pylori и уровнях сывороточного PG, продемонстрировало отчётливое ступенчатое увеличение заболеваемости РЖ между серологическими группами [26]. Эти результаты подчёркивают высокую прогностическую ценность сочетания уровней сывороточного PG и статуса H. pylori для стратификации риска. В исследовании Hisayama серологические группы, определённые по статусу H. pylori и уровням сывороточного PG, демонстрировали ступенчатое увеличение заболеваемости РЖ в течение более чем 20 лет наблюдения, причём отношения рисков в группе наивысшего риска приближались к 10 [27]. Эти долгосрочные наблюдения дополнительно демонстрируют устойчивость и воспроизводимость серологической стратификации риска в условиях высокой заболеваемости. Корейские популяционные данные также подтверждают полезность серологической стратификации риска [28]. В этих исследованиях сывороточный PG II демонстрировал сильную независимую связь с РЖ, особенно с раком диффузного типа и ранним раком диффузного типа, даже после поправки на демографические факторы и факторы образа жизни. Кроме того, сочетание уровней PG II со статусом H. pylori демонстрировало отчётливое ступенчатое увеличение риска РЖ.
Следует учитывать несколько ограничений, связанных с серологическими маркерами. Методы определения PG различаются между странами и лабораториями, а стандартизация остаётся недостаточной. Кроме того, эффективность серологической стратификации риска в значительной степени зависит от исходной распространённости инфекции H. pylori. Поскольку серораспространённость H. pylori широко варьирует между регионами и снижается во всём мире, предтестовая вероятность может существенно меняться, потенциально влияя на прогностические характеристики серологических маркеров. Исследование из Шри-Ланки — страны с низкой распространённостью РЖ и H. pylori — показало, что определение IgG к H. pylori и PG обладает хорошими диагностическими характеристиками для выявления инфекции H. pylori и атрофии слизистой оболочки желудка [29]. В этой популяции чувствительность определения IgG к H. pylori составляла 88,9%, специфичность — 91,6%, тогда как отношение PG I/PG II продемонстрировало хорошую способность выявлять метаплазию — чувствительность 83,3%, специфичность 95,4% — и умеренную атрофию — чувствительность 66,7%, специфичность 83,3%. Однако в этом исследовании не оценивались исходы, связанные с РЖ; поэтому возможность применения серологических инструментов для стратификации риска РЖ в условиях низкой распространённости остаётся неопределённой и требует дальнейшей валидации.
Когда инфекция H. pylori предполагается по результатам серологического исследования, несколько неинвазивных факторов, таких как семейный анамнез, пищевые привычки и курение, служат полезными дополнительными предикторами риска РЖ. Семейный анамнез даёт дополнительную информацию о риске: многочисленные исследования типа «случай — контроль» показывают приблизительно 2–3-кратное увеличение риска РЖ у лиц, имеющих родственника первой степени родства с этим заболеванием [30–32]. Такие пищевые факторы, как высокое потребление соли или низкое потребление пищевых волокон, устойчиво ассоциировались с риском РЖ в метаанализах и когортных исследованиях с проспективным сбором данных в различных популяциях [33, 34]. Курение также является установленным фактором риска; имеющиеся данные позволяют предположить, что его влияние особенно выражено у лиц, серопозитивных по H. pylori [35]. Хотя эти семейные факторы и факторы образа жизни могут повышать риск РЖ и в популяциях, никогда не инфицированных H. pylori, такие случаи остаются относительно редкими; поэтому данные переменные преимущественно выступают дополнительными предикторами в контексте предполагаемой инфекции H. pylori.
В совокупности, хотя абсолютная заболеваемость РЖ существенно различается между регионами, градиенты ОР, выявляемые при серологической стратификации, устойчивы и воспроизводимы в странах с высокой распространённостью. Имеющиеся доказательства поддерживают определение антител к H. pylori и сывороточного PG как наиболее обоснованные с доказательной точки зрения инструменты стратификации риска до эндоскопии у бессимптомных лиц в регионах с низкой и умеренной распространённостью. Семейный анамнез и факторы образа жизни дают полезную дополнительную информацию, но обладают меньшей самостоятельной прогностической силой. В настоящее время установленного метода отбора кандидатов для эндоскопического скрининга в этих регионах не существует; однако серологическая стратификация представляет собой наиболее обоснованный из доступных подходов.
Клинический вопрос 4
Могут ли серологические биомаркеры помочь в выявлении групп риска в регионах с низкой и умеренной распространённостью?
Положение
Мы предлагаем использовать серологические биомаркеры для выявления лиц с высоким риском НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью.
Достоверность доказательств: низкая.
Результат голосования: 94,3% («Полностью согласен» — 34,3%; «Согласен» — 60,0%).
Пояснение
Раннее выявление лиц с повышенным риском НКРЖ необходимо для улучшения исходов. Серологические биомаркеры являются доступными инструментами стратификации риска; наиболее широко применяются антитела IgG к H. pylori и уровни сывороточных PG I/PG II [36]. Серопозитивность по H. pylori, особенно в отношении факторов вирулентности, таких как цитотоксин-ассоциированный ген A, тесно связана с повышенным риском РЖ [37–40]. Однако традиционные иммуноферментные методы могут недооценивать перенесённую инфекцию вследствие снижения титров антител у лиц с выраженной атрофией слизистой оболочки. Методы иммуноблоттинга обладают более высокой чувствительностью; при их использовании были продемонстрированы значительно более высокие отношения шансов для НКРЖ, что подчёркивает важность выбора метода анализа при клинической оценке риска [41].
Уровни сывороточного пепсиногена, в частности PG I ≤ 70 нг/мл и PG I/PG II ≤ 3,0, являются неинвазивными показателями атрофического гастрита — предшествующего поражения для НКРЖ кишечного типа [42, 43]. Метаанализы показали умеренную диагностическую точность скрининга на основе пепсиногена: объединённые чувствительность и специфичность составляли приблизительно 69% и 73% соответственно, а площадь под кривой (AUC) — приблизительно 0,76 [44]. Комбинированные модели, такие как классификация ABC, продемонстрировали полезность в популяционных программах скрининга [26]. В этой модели группа D — H. pylori-отрицательная, PG-положительная — отражает тяжёлую атрофию и характеризуется наибольшим риском НКРЖ, тогда как группа B — H. pylori-положительная, PG-отрицательная — может быть связана с раком диффузного типа. Несмотря на полезность этих подходов, их ограничивают умеренная специфичность и сниженная чувствительность для отдельных гистологических подтипов; кроме того, результаты могут искажаться предшествующей эрадикационной терапией или приёмом ингибиторов протонной помпы.
Недавние достижения молекулярной диагностики позволили предложить циркулирующие микроРНК (miRNA) в качестве весьма перспективных биомаркеров скрининга РЖ. Эти небольшие стабильные молекулы РНК высвобождаются в кровоток в процессе опухолеобразования и отражают лежащие в его основе изменения регуляции генов. В многоцентровом исследовании с участием более 5000 человек из Сингапура и Кореи была разработана и валидирована панель из 12 микроРНК, достигшая AUC 0,848 и превзошедшая традиционные маркеры крови, включая серологические показатели H. pylori, соотношения PG, раково-эмбриональный антиген и углеводный антиген 19-9 [45].
Дополнительным подтверждением этого подхода стал недавний метаанализ, включавший 73 исследования и более 11 000 участников: для циркулирующих микроРНК объединённые чувствительность и специфичность составили соответственно 75% и 79%, а AUC — 0,877. Анализ подгрупп показал, что наилучшие результаты обеспечивали исследования сыворотки с использованием референсных генов U6 и количественной ПЦР на основе SYBR Green, особенно в восточноазиатских когортах [46]. Эти результаты позволяют предположить, что методы на основе микроРНК могут обеспечивать более высокие диагностические характеристики и более широкую применимость в различных популяциях. В совокупности имеющиеся доказательства позволяют считать, что серологические биомаркеры могут помогать выявлять лиц с повышенным риском НКРЖ. Хотя серологическое исследование H. pylori и определение пепсиногена остаются наиболее устоявшимися и широко доступными подходами, новые биомаркеры, такие как циркулирующие микроРНК, могут дополнительно улучшить стратификацию риска и поддержать более целенаправленные стратегии скрининга в регионах с низкой и умеренной распространённостью, хотя до широкого внедрения необходима дополнительная валидация.
Клинический вопрос 5
Следует ли рутинно использовать пероральные препараты перед ЭГДС для выявления раннего НКРЖ?
Положение
Мы рекомендуем рутинную пероральную премедикацию пеногасителем и муколитиком за 10–30 минут до диагностической ЭГДС, направленной на выявление раннего НКРЖ, для улучшения визуализации слизистой оболочки желудка.
Достоверность доказательств: умеренная.
Результат голосования: 100% («Полностью согласен» — 85,3%; «Согласен» — 14,7%).
Пояснение
Ранний НКРЖ и предраковые изменения нередко проявляются малозаметными плоскими изменениями слизистой оболочки, которые могут быть скрыты пеной, слизью или активной перистальтикой. В многочисленных исследованиях и недавнем метаанализе пероральная премедикация устойчиво улучшала чистоту слизистой оболочки, которую чаще всего оценивали по суммарной шкале видимости слизистой оболочки — Total Mucosal Visibility Score (TMVS). Объединённые данные показали, что муколитики и пеногасители значительно улучшали видимость, снижая TMVS в среднем на 2,7 балла. Симетикон в качестве единственного препарата также улучшал видимость; некоторые исследования позволили предположить, что приём 133 мг не менее чем за 20 минут до ЭГДС может обеспечивать оптимальные результаты [47].
Улучшение чистоты слизистой оболочки связано с уменьшением необходимости промывания во время процедуры и сокращением продолжительности исследования, потенциально повышая эффективность процедуры. Это может быть особенно значимо при скрининге, поскольку предшествующие процедуре этапы, включая подготовку и премедикацию, составляют приблизительно 30% общего рабочего времени в процессе скрининга [48]. Менее ясно, приводит ли улучшение видимости к устойчивому увеличению выявления новообразований. В отношении спазмолитиков крупное корейское когортное исследование с сопоставлением по оценке склонности (n = 41 670) показало, что применение циметропия бромида было связано с увеличением частоты выявления новообразований желудка — 0,30% против 0,19%; скорректированное ОШ 1,42, — особенно в теле желудка, что имеет значение для НКРЖ [49]. Напротив, японское ретроспективное когортное исследование (n = 31 484), оценивавшее другие спазмолитики, включая скополамин, глюкагон и L-ментол, не выявило значимого улучшения частоты выявления [50]. Эти результаты позволяют предположить, что влияние спазмолитиков на выявление поражений может различаться в зависимости от конкретного препарата и условий исследования. Аналогичным образом исследования пероральных муколитиков и пеногасителей показали неоднородные результаты в отношении выявления поражений. В многоцентровом кластерном рандомизированном исследовании (n = 1450) сообщалось о более высокой частоте выявления предраковых изменений и раннего НКРЖ при применении проназы с диметиконом по сравнению с одним диметиконом — 77,5% против 62,5%; ОШ 3,84, — а также о меньшей продолжительности процедуры [51]. Напротив, другое крупное многоцентровое РКИ показало, что проназа с гидрокарбонатом натрия улучшала видимость и уменьшала необходимость промывания, но не обеспечивала значимого увеличения общей частоты выявления новообразований по сравнению с одной водой [52]. Важно, что несколько исследований позволяют предположить особую пользу улучшения чистоты слизистой оболочки при использовании эндоскопии с улучшением изображения (IEE). Сообщалось, что премедикация проназой улучшает видимость в проксимальном отделе желудка и повышает отрицательную прогностическую ценность узкоспектральной визуализации (NBI) по сравнению с одной визуализацией в белом свете [53, 54].
В совокупности имеющиеся доказательства последовательно подтверждают пользу пероральной премедикации для улучшения видимости слизистой оболочки и эффективности процедуры ЭГДС. Хотя доказательства непосредственного увеличения выявления РЖ остаются ограниченными и неоднородными между исследованиями и схемами применения, улучшенная визуализация слизистой оболочки является необходимым условием выявления малозаметного раннего НКРЖ и предраковых изменений. Поэтому с учётом благоприятного профиля безопасности, низкой стоимости и воспроизводимого улучшения чистоты слизистой оболочки рекомендуется рутинная пероральная премедикация муколитиком и пеногасителем за 10–30 минут до ЭГДС для оптимизации визуализации слизистой оболочки желудка и обеспечения тщательного осмотра с целью выявления раннего НКРЖ.
Клинический вопрос 6
Повышает ли ЭГДС под седацией частоту выявления раннего НКРЖ?
Положение
Мы предлагаем выполнять ЭГДС под седацией для улучшения выявления раннего НКРЖ посредством создания оптимальных условий для высококачественной эндоскопической оценки.
Достоверность доказательств: умеренная.
Результат голосования: 100% («Полностью согласен» — 77,8%; «Согласен» — 22,2%).
Пояснение
Применение седации во время ЭГДС широко рекомендуется международными клиническими руководствами [55–58]. Седация улучшает переносимость процедуры пациентом и уменьшает выраженность факторов, которые могут препятствовать тщательному эндоскопическому исследованию, включая дискомфорт, отрыжку, тошноту и перистальтику желудка. Кроме того, седация облегчает тщательную оценку слизистой оболочки и создаёт благоприятные условия для высококачественной эндоскопической оценки.
Однако в настоящее время ни одно РКИ не продемонстрировало, что седация непосредственно повышает частоту выявления поражений при ЭГДС. Тем не менее несколько наблюдательных исследований выявили связь между ЭГДС под седацией и улучшенным выявлением неопластических поражений верхних отделов желудочно-кишечного тракта.
В крупном многоцентровом ретроспективном исследовании из Китая, включавшем более 400 000 диагностических ЭГДС, частота выявления интраэпителиальной неоплазии желудка высокой степени и раннего РЖ была значительно выше при исследованиях под седацией, чем без седации: 0,16% против 0,12%; P = 0,020. В том же исследовании ЭГДС под седацией также была связана с большей продолжительностью исследования, более частым применением эндоскопии с улучшением изображения и увеличительной эндоскопии, а также с более высокой частотой выполнения биопсии [59]. Аналогично ретроспективное исследование с сопоставлением по оценке склонности показало, что седация была связана со значительно более высокой частотой выявления небольших неопластических поражений верхних отделов желудочно-кишечного тракта (≤ 10 мм): 2,80% против 2,02%; P = 0,001, включая более высокую частоту выявления небольших злокачественных поражений: 0,16% против 0,05%; P = 0,026 [60]. Хотя эти результаты позволяют предположить благоприятную связь между седацией и выявлением новообразований, их следует интерпретировать с осторожностью. Оба исследования были наблюдательными и, следовательно, подверженными влиянию смешивающих факторов. Важно, что факторы, известным образом влияющие на выявление поражений, такие как время наблюдения, применение передовых методов визуализации, действия эндоскописта и практика выполнения биопсии, не могли быть полностью проконтролированы. Поэтому наблюдаемая связь между седацией и выявлением поражений может быть обусловлена, по крайней мере отчасти, улучшением качества исследования, а не непосредственным действием самой седации. Седация может улучшать переносимость процедуры и сотрудничество пациента, способствовать достаточному расправлению желудка и обеспечивать более стабильный и тщательный осмотр слизистой оболочки, тем самым содействуя высококачественной эндоскопической оценке.
Кроме того, недавние исследования продемонстрировали связь между применением седации и риском пропущенного РЖ. ЭГДС без седации была определена как фактор риска пропущенного РЖ, тогда как внутривенная седация была связана со снижением этого риска [59, 61]. Хотя эти наблюдения не устанавливают прямого причинного влияния седации на выявление поражений, они дополнительно поддерживают представление о том, что седация может улучшать диагностические характеристики посредством обеспечения высококачественного эндоскопического исследования.
В совокупности имеющиеся доказательства не подтверждают непосредственного влияния седации на выявление поражений. Скорее, седация, по-видимому, облегчает высококачественную эндоскопическую оценку, что может косвенно способствовать улучшению выявления предраковых изменений и раннего РЖ. Однако поскольку текущая доказательная база преимущественно получена из наблюдательных исследований, необходимы проспективные исследования для уточнения причинного влияния седации на выявление поражений при ЭГДС.
Клинический вопрос 7
Какая продолжительность осмотра при ЭГДС является надлежащей для улучшения выявления раннего НКРЖ?
Положение
Мы предлагаем обеспечивать общую продолжительность исследования не менее 5 минут для систематического и всестороннего осмотра слизистой оболочки желудка, чтобы улучшить выявление раннего НКРЖ и обеспечить качество ЭГДС.
Достоверность доказательств: низкая.
Результат голосования: 100% («Полностью согласен» — 79,4%; «Согласен» — 20,6%).
Пояснение
Более продолжительный осмотр при ЭГДС, как правило, связан с улучшением частоты выявления клинически значимых поражений желудка. Однако практические ограничения клинических рабочих процессов ограничивают продолжительность процедуры, поскольку увеличение времени исследования повышает потребность в седации, снижает переносимость пациентом и создаёт существенную ресурсную нагрузку на эндоскопические подразделения. Поэтому несколько исследований были направлены на определение оптимальной продолжительности ЭГДС, обеспечивающей баланс между эффективностью выявления и практической выполнимостью процедуры.
Ретроспективное когортное исследование из Японии оценивало влияние времени исследования на выявление неопластических поражений при ЭГДС без биопсии. Эндоскописты с умеренной продолжительностью процедуры — 5–7 минут — выявляли приблизительно вдвое больше неопластических поражений, чем более быстрые специалисты — менее 5 минут: ОШ 1,90; 95% ДИ 1,06–3,40. Примечательно, что специалисты, у которых время исследования превышало 7 минут, не демонстрировали дальнейшего улучшения частоты выявления по сравнению с группой умеренной продолжительности [62].
В ретроспективном одноцентровом исследовании из Сингапура эндоскописты со средней продолжительностью ЭГДС более 7 минут достигали значительно более высокой частоты выявления поражений высокого риска — ОШ 2,50; 95% ДИ 1,52–4,12 — и неопластических поражений — ОШ 3,42; 95% ДИ 1,25–10,38 — по сравнению со специалистами с меньшей продолжительностью процедуры [63]. Однако важно отметить, что в этом исследовании общая продолжительность ЭГДС измерялась от введения до извлечения эндоскопа и включала биопсию, что позволяет предположить, что фактическое время осмотра слизистой оболочки было менее 7 минут.
Аналогично Park и соавт. проанализировали данные семилетней программы профилактического скрининга, сосредоточившись именно на времени выведения эндоскопа как косвенном показателе продолжительности осмотра. Их результаты подтвердили, что у более медленных эндоскопистов частота выявления аденом и карцином желудка была выше [64]. Позднее одноцентровое ретроспективное исследование из Китая показало, что время наблюдения ≥ 5 минут было связано с более высокой частотой выявления очаговых поражений желудка [65]. Другое корейское исследование установило, что у пациентов с множественными новообразованиями, диагностированными за одну ЭГДС, время исследования было значительно больше, чем у пациентов, у которых дополнительные поражения были выявлены при последующих ЭГДС: 6,5 ± 2,4 минуты против 3,8 ± 1,8 минуты; P < 0,001 [66].
В совокупности эти результаты подчёркивают решающую роль достаточного времени исследования в оптимизации раннего выявления неоплазии желудка. Поэтому продолжительность исследования следует считать одним из основных показателей качества при оценке выполнения ЭГДС. При систематической и всесторонней оценке верхних отделов желудочно-кишечного тракта, включающей получение стандартизованного минимального числа изображений, в идеале следует отводить на осмотр слизистой оболочки не менее 5 минут для обеспечения высоких диагностических характеристик. Поэтому необходимы дальнейшие исследования для определения оптимального времени исследования именно для выявления раннего РЖ.
Клинический вопрос 8
Следует ли стандартизировать систематическую фотодокументацию анатомических ориентиров при ЭГДС для повышения частоты выявления раннего НКРЖ?
Положение
Мы предлагаем стандартизировать систематическую фотодокументацию анатомических ориентиров при ЭГДС для улучшения выявления раннего НКРЖ.
Достоверность доказательств: низкая.
Результат голосования: 100% («Полностью согласен» — 74,3%; «Согласен» — 25,7%).
Пояснение
Раннее выявление НКРЖ значительно улучшает прогноз пациента, однако малозаметные поражения нередко трудно обнаружить без систематического исследования. К настоящему времени РКИ, изучавшие эффективность систематической фотодокументации при скрининговой ЭГДС, не проводились; однако несколько ретроспективных исследований из Японии и Южной Кореи подчеркнули важность структурированного осмотра с систематической фотодокументацией.
Японские исследователи предложили протокол систематического скринингового осмотра желудка — Systematic Screening Protocol for the Stomach, протокол SSS. Протокол SSS определяет 22 ключевых изображения, охватывающих все отделы желудка при прямом осмотре и осмотре в ретрофлексии, для всестороннего картирования желудка и сведения к минимуму слепых зон [67]. В ретроспективном наблюдательном исследовании из Южной Кореи, включавшем приблизительно 6000 ЭГДС, эндоскописты, получавшие большее число изображений в соответствии с протоколом SSS, демонстрировали более высокую частоту выявления клинически значимых поражений желудка; в группе с большим объёмом фотодокументации частота выявления поражений была значительно выше, чем в группе с малым объёмом фотодокументации: скорректированное ОШ 2,07; 95% ДИ 1,41–3,05 [68]. Другое японское ретроспективное исследование продемонстрировало, что число изображений является ключевым показателем качества скрининговой ЭГДС [69]. Получение менее 50 изображений в общей сложности значительно снижало общую выявляемость рака, тогда как получение менее 35 изображений желудка заметно снижало выявляемость РЖ. Тенденция к снижению выявляемости также наблюдалась при получении менее 11 изображений пищевода. Эти результаты поддерживают получение ≥ 50 изображений в общей сложности, включая ≥ 35 изображений желудка, для оптимизации выявления рака верхних отделов желудочно-кишечного тракта.
Эти данные поддерживают представление о том, что увеличение числа изображений коррелирует с улучшением выявления клинически значимых поражений, включая ранний РЖ. Рекомендации Европейского общества гастроинтестинальной эндоскопии (ESGE) предусматривают минимум 8–10 изображений ключевых анатомических ориентиров, подчёркивая важность полноты исследования [69, 70, 70, 71]. В этих рекомендациях систематическая фотодокументация обеспечивает тщательный осмотр и документирование всех верхних отделов желудочно-кишечного тракта — пищевода, желудка и двенадцатиперстной кишки, — снижая вероятность пропуска поражений.
Даже в регионах с низкой и умеренной распространённостью РЖ ожидается, что высококачественный скрининг с помощью ЭГДС будет способствовать повышению частоты выявления РЖ; поэтому в этих регионах также следует стандартизировать методы систематической фотодокументации. Трудности внедрения в условиях ограниченных ресурсов требуют прагматичного подхода, сосредоточенного на тщательной визуализации слизистой оболочки, даже если не все рекомендуемые изображения могут быть получены и сохранены [54].
Клинический вопрос 9
Улучшает ли эндоскопия с улучшением изображения (IEE) выявление раннего НКРЖ?
Положение
Мы предлагаем использовать IEE в дополнение к эндоскопии в белом свете (WLE) для выявления раннего НКРЖ у лиц высокого риска, хотя эффективность различается между методами визуализации.
Достоверность доказательств: умеренная.
Результат голосования: 100% («Полностью согласен» — 75,0%; «Согласен» — 25,0%).
Пояснение
Диагностику раннего РЖ с помощью ЭГДС можно разделить на два этапа: эндоскопическое выявление поражения и последующую оценку его характеристик для установления диагноза. Исторически выявление поражений осуществляли с использованием обычной WLE. С течением времени были разработаны различные технологии улучшения изображения, такие как NBI (Olympus Medical), Texture and Color Enhancement — усиление текстуры и цвета (TXI, Olympus Medical), Linked Color Imaging — технология связанной цветовой визуализации (LCI, Fujifilm Corporation), Blue Laser Imaging — визуализация с использованием синего лазерного света (BLI, Fujifilm Corporation) и Optical Enhancement — оптическое усиление (OE, Pentax Corporation). Эти технологии используют специальные модификации источника света, увеличение или методы обработки изображения для подчёркивания структурных изменений на поверхности слизистой оболочки с целью улучшения диагностики ранней патологии желудочно-кишечного тракта. К настоящему времени РКИ, оценивавшие эффективность IEE для выявления и диагностики РЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью, не проводились.
NBI и BLI используют определённые узкие диапазоны длин волн света для подчёркивания изменений поверхности слизистой оболочки, что может приводить к несколько более тёмному изображению в целом. Раннее РКИ с участием 579 пациентов среднего риска из различных стран Азии, сравнивавшее NBI второго поколения с WLE, показало более высокую частоту выявления очаговых поражений желудка; однако этот результат был обусловлен увеличением выявления кишечной метаплазии, а не РЖ [72]. Более крупное многоцентровое японское рандомизированное исследование с участием 4513 пациентов высокого риска не смогло продемонстрировать превосходство NBI второго поколения в улучшении выявления РЖ [73]. В исследовании отмечались низкие частоты выявления РЖ — 1,9% и 2,3%, — хотя положительная прогностическая ценность в отношении подозрительных поражений была выше при NBI, чем при WLE. Напротив, двухцентровое японское рандомизированное исследование с участием 596 пациентов высокого риска показало, что BLI-bright значительно повышала частоту выявления РЖ по сравнению с WLE [74]. Следует отметить, что частота РЖ в этом исследовании была выше ранее сообщавшейся и составляла 7,9% — 47 из 596 пациентов. Kadota и соавт. недавно сообщили, что в трёхгрупповом рандомизированном исследовании II фазы с участием 901 пациента частота выявления РЖ была наибольшей при NBI третьего поколения — 7,3% — по сравнению с TXI — 5,0% — и WLE — 5,6% [75]. Метаанализ трёх исследований с использованием технологии NBI пришёл к выводу, что NBI не повышала частоту выявления новообразований желудка; однако результаты следует интерпретировать с осторожностью вследствие преобладающего веса исследований NBI второго поколения и небольшого размера выборки, в которой оценивалась новейшая технология третьего поколения [76].
В РКИ с участием 2383 пациентов высокого риска из Китая Gao и соавт. сообщили, что добавление LCI к WLE значительно повышало частоту выявления РЖ с 4,31% до 8,01% [77]. Аналогично Ono и соавт. сообщили о превосходстве LCI над WLE в выявлении ранних новообразований верхних отделов желудочно-кишечного тракта у пациентов высокого риска в многоцентровом японском рандомизированном исследовании [78]. Недавнее многоцентровое РКИ показало, что LCI как самостоятельный метод сохраняла превосходство над WLE в выявлении раннего РЖ, особенно аденокарциномы дифференцированного типа [79]. Преимущество LCI перед WLE в выявлении раннего РЖ также было продемонстрировано в недавнем метаанализе, включавшем более 7000 пациентов [80]. В другом недавнем РКИ также было установлено, что режим OE 2 повышал частоту выявления неоплазии желудка с 1,9% до 5,1% по сравнению с WLE [81].
Интересно, что рандомизированное исследование, непосредственно сравнивавшее LCI с NBI второго поколения при наблюдении лиц высокого риска, не выявило различий частоты выявления между двумя технологиями. Однако доля эпителиальных новообразований желудка, выявленных при WLE, была значительно выше в группе NBI, чем в группе LCI: 3,0% против 0,27% [82]. Эти результаты позволяют предположить возможные исходные различия в диагностических характеристиках WLE даже между эндоскопическими системами разных производителей.
Таким образом, в отобранной популяции высокого риска применение IEE может повышать частоту выявления РЖ.
Клинический вопрос 10
Позволяет ли эндоскопическая визуализация точно оценить атрофию слизистой оболочки желудка или кишечную метаплазию, чтобы помочь выявить пациентов с высоким риском раннего НКРЖ?
Положение
Мы предлагаем подтверждать эндоскопическое подозрение на атрофию слизистой оболочки желудка и кишечную метаплазию гистологически, посредством биопсии, в регионах с низкой и умеренной распространённостью.
Достоверность доказательств: низкая.
Результат голосования: 97,1% («Полностью согласен» — 44,1%; «Согласен» — 52,9%).
Пояснение
Атрофия слизистой оболочки желудка и кишечная метаплазия — хорошо известные предраковые состояния, которые обычно возникают как последствия инфекции H. pylori. Золотым стандартом оценки этих изменений является гистологическое исследование биоптатов, чаще всего с использованием обновлённой Сиднейской системы (USS), которая обеспечивает стандартизованную градацию гастрита, атрофии и кишечной метаплазии как в антральном отделе, так и в теле желудка. На основе этой структуры доступны гистологические системы стадирования OLGA — Operative Link on Gastritis Assessment — и OLGIM — Operative Link on Gastric Intestinal Metaplasia Assessment [83–85]. Позднее была также предложена система OLGIMA — Operative Link on Gastric Intestinal Metaplasia and Glandular Atrophy Assessment, объединяющая оценку кишечной метаплазии и атрофии желёз желудка [86]. Показано, что тяжесть атрофии или кишечной метаплазии, оценённая с помощью этих систем, коррелирует с риском РЖ. Метаанализы продемонстрировали, что высокая стадия — III/IV — по OLGA или OLGIM значительно связана с повышенным риском РЖ, подтверждая полезность этих систем стадирования для выявления лиц, которым может требоваться более тщательное эндоскопическое наблюдение [87]. В нескольких публикациях как из регионов с высокой, так и из регионов с низкой и умеренной распространённостью продемонстрирована диагностическая результативность эндоскопии в отношении атрофии слизистой оболочки желудка и кишечной метаплазии.
Диагностические характеристики эндоскопической оценки атрофии слизистой оболочки желудка и кишечной метаплазии изучались в нескольких исследованиях с использованием гистологического исследования биоптатов в качестве референсного стандарта. Для эндоскопической градации атрофии слизистой оболочки желудка обычно используют классификацию Кимуры–Такемото. В исследовании японских пациентов согласованность между эндоскопической градацией атрофии по классификации Кимуры–Такемото и гистологическими оценками атрофии по USS характеризовалась взвешенным коэффициентом κ 0,51 (95% ДИ 0,44–0,59) [88]. Другое исследование сравнивало распространённость атрофии, оценённую при WLE с использованием модифицированной классификации Кимуры–Такемото, с гистологическими оценками атрофии в пяти участках биопсии по USS; взвешенный коэффициент κ составил 0,76; P < 0,001 [89]. У вьетнамских пациентов с диспепсией эндоскопическая атрофия слизистой оболочки желудка, оценённая по классификации Кимуры–Такемото, демонстрировала умеренную положительную корреляцию с гистологической стадией OLGA: r = 0,6. Хотя умеренная или тяжёлая атрофия позволяла выявить всех пациентов с высокой стадией OLGA — чувствительность и отрицательная прогностическая ценность составляли по 100%, — её ограниченная специфичность, 57,7%, указывает на риск завышения числа случаев высокого риска [90]. В совокупности результаты этих исследований позволяют предположить умеренную или существенную согласованность эндоскопической и гистологической оценки атрофии слизистой оболочки желудка, хотя эндоскопия как единственный метод может завышать риск в отдельных популяциях.
Напротив, диагностическая точность обычной WLE в отношении кишечной метаплазии недостаточна. В корейском исследовании с участием 1333 пациентов чувствительность относительно гистологической оценки составляла лишь 24,0% для антрального отдела и 24,2% для тела желудка, тогда как специфичность составляла соответственно 91,9% и 88,0% [91]. Даже в проспективном исследовании с использованием WLE высокой чёткости общая чувствительность повысилась до 74,6%, и были выявлены все значимые выраженные изменения кишечной метаплазии и диспластические поражения; однако слабо выраженная кишечная метаплазия часто не была видна эндоскопически, и возможность её выявления оставалась ограниченной [92]. Таким образом, хотя эндоскопические признаки кишечной метаплазии обладают относительно высокой специфичностью и позволяют надёжно выявлять клинически значимые изменения, их низкая чувствительность означает, что слабо выраженные изменения часто пропускаются, а опора только на эндоскопию может приводить к недооценке риска.
Недавние исследования продемонстрировали, что IEE улучшает выявление предраковых состояний желудка по сравнению с WLE. При кишечной метаплазии оценка по шкале эндоскопической градации кишечной метаплазии желудка — Endoscopic Grading of Gastric Intestinal Metaplasia (EGGIM) — при NBI тесно коррелирует с гистологической стадией OLGIM; значение EGGIM ≥ 5 предсказывает высокую стадию OLGIM с чувствительностью 89–94% и специфичностью 91–95% [93]. Аналогичным образом была валидирована оценка EGGIM с использованием LCI: пороговое значение 4 показало высокие диагностические характеристики для стадий OLGIM III/IV — чувствительность 94,1%, специфичность 86,4% [94]. В совокупности эти результаты позволяют предположить, что IEE может обеспечивать высокую чувствительность и специфичность эндоскопической диагностики кишечной метаплазии. Согласно имеющимся доказательствам эндоскопические признаки атрофии слизистой оболочки желудка обладают высокой чувствительностью, но низкой специфичностью, что может приводить к переоценке риска. Напротив, при кишечной метаплазии эндоскопические признаки обладают относительно высокой специфичностью, но низкой чувствительностью, что создаёт возможность недооценки риска. Хотя IEE может компенсировать некоторые ограничения WLE при выявлении кишечной метаплазии, её диагностических характеристик недостаточно, чтобы обосновать использование одной эндоскопии. Поэтому при эндоскопическом подозрении на атрофию стратификацию риска следует выполнять с помощью гистологического стадирования по USS или OLGA. Руководство «Ведение эпителиальных предраковых состояний и ранней неоплазии желудка» — Management of Epithelial Precancerous Conditions and Early Neoplasia of the Stomach (MAPS III) — предполагает возможность упрощения схемы взятия биопсий при эндоскопическом выявлении выраженных атрофических изменений слизистой оболочки, таких как тяжёлая атрофия C-3 или выше и/или оценка EGGIM ≥ 5 [95]. Однако в регионах с низким или промежуточным риском РЖ положительная прогностическая ценность этих эндоскопических признаков может быть ограниченной [93]. Поэтому в настоящем консенсусе большее значение придавалось отрицательной прогностической ценности; был сделан вывод, что при эндоскопических признаках, вызывающих подозрение на атрофию слизистой оболочки желудка или кишечную метаплазию, желательно гистологическое подтверждение. Для оценки кишечной метаплазии не следует использовать только эндоскопические признаки.
Клинический вопрос 11
Следует ли использовать эндоскопию с искусственным интеллектом (ИИ) для повышения частоты выявления раннего НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью?
Положение
Нам не удалось достичь консенсуса относительно того, следует ли рекомендовать или не рекомендовать рутинное применение эндоскопии с поддержкой ИИ для улучшения выявления раннего НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью.
Достоверность доказательств: низкая.
Результат голосования: 65,7% («Полностью согласен» — 37,1%; «Согласен» — 28,6%).
Пояснение
Улучшение выявления раннего РЖ является глобальной приоритетной задачей ЭГДС, и несколько технологий, включая ИИ, получили широкое применение. В настоящее время доступны различные технологии ИИ в зависимости от их назначения: например, компьютерная поддержка обнаружения для помощи в выявлении, компьютерная поддержка диагностики для оценки характеристик поражений и системы на основе ИИ для обеспечения качества. Хотя многие исследования показали, что ИИ способен выявлять РЖ не хуже или лучше опытных эндоскопистов, большинство из них были сосредоточены на диагностических характеристиках, а многочисленные смешивающие факторы могут ограничивать выводы о пользе в реальной практике, особенно в регионах с низкой и умеренной распространённостью.
Поражения при раннем РЖ часто бывают небольшими, плоскими и малозаметными, что затрудняет их эндоскопическое выявление. Различия между специалистами в полноте осмотра слизистой оболочки дополнительно влияют на частоту выявления. Несколько публикаций из Китая продемонстрировали эффективность систем обеспечения качества на основе ИИ. Первоначально Wu и соавт. провели одноцентровое проспективное исследование в параллельных группах и установили, что ИИ снижал долю слепых зон: 5,86% против 22,46%; P < 0,001 [96]. Поддержка ИИ также была связана с большей продолжительностью исследования — 5,03 против 4,24 минуты; P < 0,001 — и более полной фотодокументацией — 90,64% против 79,14%; P < 0,001. Многоцентровое исследование той же группы в пяти китайских больницах показало меньшее число слепых зон — 5,38 против 9,82; P < 0,001 — и большее время осмотра — 5,40 против 4,38 минуты; P < 0,001 — при использовании ИИ, хотя в этих исследованиях основное внимание уделялось полноте процедуры и не сообщалось о корреляции с выявлением новообразований желудка [97]. Li и соавт. сообщили о положительной корреляции между оценкой полноты, рассчитанной с помощью ИИ, и частотой выявления рака верхних отделов желудочно-кишечного тракта, включая ранний рак: соответственно r = 0,775, P < 0,003 и r = 0,756, P < 0,004 [98]. Хотя этот анализ включал все виды рака верхних отделов желудочно-кишечного тракта, большинство случаев приходилось на желудок, а приблизительно половину ранних раков составлял РЖ, что позволяет предположить, что оценка качества с поддержкой ИИ может способствовать улучшению выявления РЖ. Напротив, одно лишь улучшение осмотра может не приводить к более высокой выявляемости новообразований в регионах с низкой и умеренной распространённостью. В проспективном исследовании последовательных когорт, проведённом в Гонконге Chan и соавт., восемь обучающихся специалистов, использовавших ИИ в реальном времени, достигли более высокого показателя полноты — 92,6% против 71,2%; P < 0,001 — при сходном времени осмотра — 765,5 против 740,4 секунды; P = 0,374, — однако значимого различия по морфологически подтверждённым случаям не наблюдалось: 3,43% против 2,16%; P = 0,399 [99]. Тем не менее недостаток данных из регионов с низкой и умеренной распространённостью ограничивает возможность обобщения этих результатов.
В одноцентровом рандомизированном тандемном исследовании, сосредоточенном на технологии выявления новообразований желудка, Wu и соавт. сообщили о более низкой частоте пропуска новообразований желудка при использовании ИИ в реальном времени: 6,1% против 27,3%; P = 0,015. Дополнительно выявленные поражения преимущественно представляли собой поражения размером < 10 мм и дисплазию низкой степени, а не карциному или дисплазию высокой степени [100]. Общая частота выявления новообразований желудка в том исследовании — 3,5–4,9% — была выше обычной, а на результаты могло повлиять смещение оценки наблюдателя вследствие выполнения исследований одним и тем же эндоскопистом. Другое крупномасштабное проспективное однослепое многоцентровое РКИ Zhou и соавт. продемонстрировало более высокую выявляемость опухолей верхних отделов желудочно-кишечного тракта — 6,1% против 2,3%; P = 0,0001, — включая ранний РЖ, и снижение показателей слепых зон — 2,3 против 6,2; P < 0,001. Это исследование позволило предположить, что сочетание обнаружения с помощью ИИ и систематического измерения качества обеспечивает пользу в разных центрах, при различном опыте эндоскопистов и для всех диспластических поражений [101]. К сожалению, в нескольких исследованиях не удалось продемонстрировать явную клиническую пользу. Открытое одноцентровое РКИ из Кореи, проведённое Gong и соавт., выявило статистически незначимое увеличение выявления поражений при добавлении ИИ к исследованиям, выполняемым опытными эндоскопистами: 2,0% против 1,3%; P = 0,210 [102]. Ретроспективные данные Huang и соавт. из двух учреждений показали эффекты, зависящие от конкретного учреждения: в больницах с низкой исходной частотой биопсии сообщалось о более высокой выявляемости новообразований желудка — ОШ 1,84; P < 0,001, — но без значимого увеличения выявления раннего РЖ; в больницах с высокой частотой биопсии наблюдалось увеличение выявления раннего РЖ без изменения общей выявляемости новообразований [103]. Ретроспективное японское исследование Adachi и соавт. не продемонстрировало различий общей частоты опухолей верхних отделов желудочно-кишечного тракта — 1,02% против 0,63%; P = 0,062, — но сообщило о более высокой частоте опухолей желудка — 0,68% против 0,32%; P = 0,024, — что потенциально отражает влияние сертифицированных эндоскопистов, более высокой частоты биопсии и большей продолжительности исследования [104]. Аналогично проспективное рандомизированное исследование Xu и соавт. с оценкой до и после вмешательства выявило увеличение обнаружения предраковых поражений желудка — 14,23% против 9,15%; P = 0,013, — но не раннего РЖ [105].
Таким образом, большинство положительных данных получено в условиях высокой распространённости или при специфических обстоятельствах, включая опыт специалиста, практику биопсии и седации и определения исходов. В целом ИИ может улучшать измеримые показатели качества ЭГДС; однако доказательства того, что он устойчиво повышает выявление раннего НКРЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью, остаются неубедительными. Соответственно, хотя консенсус по этой рекомендации достигнут не был, экспертная группа сочла ИИ быстро развивающейся областью со значительным потенциалом улучшения скрининга РЖ. Прежде чем можно будет сформулировать определённую рекомендацию, необходимы дальнейшие проспективные исследования и внешняя валидация в регионах с низкой и умеренной распространённостью.
Обсуждение
Настоящий международный консенсус содержит рекомендации по скринингу и раннему выявлению РЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью, где оптимальные стратегии скрининга остаются неопределёнными. В целом консенсус не поддерживает рутинный популяционный эндоскопический скрининг бессимптомных лиц вследствие недостаточности прямых доказательств. Однако если скрининг РЖ проводится, ЭГДС предпочтительнее UGI, а подходы со стратификацией риска могут помочь выявить лиц, которые с большей вероятностью получат пользу от эндоскопического скрининга. Консенсус также подчёркивает важность высококачественной ЭГДС, включая достаточную подготовку слизистой оболочки, надлежащие условия исследования, достаточное время осмотра, систематическую фотодокументацию и надлежащее использование передовых технологий визуализации и технологий с поддержкой искусственного интеллекта. Подробное обсуждение доказательств и ограничений каждой рекомендации приведено в соответствующих разделах КВ.
Важной сильной стороной этого консенсуса является участие международных экспертов из различных географических регионов и использование структурированного консенсусного процесса для рассмотрения широкого круга клинически значимых вопросов. Одиннадцать КВ охватывают ключевые аспекты скрининга и раннего выявления РЖ — от стратегий скрининга и стратификации риска до качества эндоскопии и передовых технологий. Такой широкий охват создаёт практическую основу для рассмотрения скрининга и раннего выявления РЖ в регионах с низкой и умеренной распространённостью.
Следует признать несколько важных ограничений. Прежде всего, прямые доказательства из регионов с низкой и умеренной распространённостью остаются ограниченными, и многие рекомендации в значительной степени основаны на доказательствах из регионов с высокой распространённостью, особенно Восточной Азии, в сочетании с экспертным суждением. Различия в заболеваемости РЖ, распространённости H. pylori, системах здравоохранения, эндоскопических ресурсах и практике скрининга могут ограничивать прямую применимость этих результатов к условиям низкой и умеренной распространённости. Кроме того, количество и качество имеющихся доказательств различались между КВ, а достоверность доказательств для ряда рекомендаций была ограниченной. Необходимы дальнейшие исследования в регионах с низкой и умеренной распространённостью для валидации этих рекомендаций и разработки стратегий скрининга, соответствующих местным популяциям и системам здравоохранения.
Дополнительная информация
Онлайн-версия содержит дополнительные материалы, доступные по адресу: https://doi.org/10.1007/s10120-026-01800-4.
Вклад авторов
AT и FI разработали дизайн исследования. AT, FI, RP, HY, JW, MB, HC, DK, KH и LQ выполнили обзор литературы и подготовили проекты рекомендаций, пояснений и рукописи. Все участники с правом голоса участвовали в консенсусном процессе Дельфи, критически рассмотрели рекомендации и внесли вклад в разработку окончательных консенсусных положений. WL, HY, QD и TG руководили исследованием. Все авторы рассмотрели и одобрили окончательную рукопись.
Финансирование
Финансирование отсутствовало.
Доступность данных
Данные доступны у автора для переписки по запросу.
Декларации
Конфликт интересов
Hon Chi Yip является консультантом Olympus Medical и получал гонорары за лекции от Olympus Medical, Micro-Tech и Boston Scientific. Paulo Kassab получал гонорары за выступления от AstraZeneca. Renata Nobre Moura получала гонорары за выступления от Boston Scientific и Olympus Corporation. Robert Bechara является консультантом Olympus Corporation и Vantage Endoscopy. Mitsuru Esaki является консультантом AI Medical Service Inc. Motohiko Kato получал гонорары за лекции и консультации от Olympus Corporation и Fujifilm Corporation, а также финансирование исследований от Olympus Corporation, Fujifilm Corporation и Boston Scientific. Seiichiro Abe получал гонорары за лекции и консультации и исследовательские гранты от Olympus Corporation и Fujifilm Corporation. Sho Suzuki получал гонорары за лекции и консультации от Olympus Corporation и Fujifilm Corporation, а также финансирование исследований от AI Medical Service Inc. Joo Ha Hwang является консультантом Olympus Corporation, Fujifilm Corporation, Boston Scientific, Micro-Tech и EndoRobotics. Wai Keung Leung получал гонорары как докладчик или консультант от AbbVie, Ferring, Johnson & Johnson, Menarini и Takeda, а также неограниченную грантовую поддержку от Takeda. Satoru Matsuda получал исследовательский грант от Olympus Corporation. Takuji Gotoda получал гонорары за лекции от Fujifilm Corporation, Fujifilm Medical Co., Ltd., Olympus Corporation и MC Medical Inc. Все остальные авторы заявляют об отсутствии конкурирующих интересов.
Этическое одобрение
Эта статья не содержит исследований с участием людей или животных, выполненных кем-либо из авторов.
Открытый доступ
Эта статья распространяется на условиях международной лицензии Creative Commons Attribution 4.0, которая разрешает использование, совместное использование, адаптацию, распространение и воспроизведение на любом носителе и в любом формате при условии надлежащего указания авторства первоначального автора или авторов и источника, предоставления ссылки на лицензию Creative Commons и указания на внесённые изменения, если они были сделаны. Изображения или другие материалы третьих лиц в этой статье включены в лицензию Creative Commons статьи, если иное не указано в сведениях об авторстве соответствующего материала. Если материал не включён в лицензию Creative Commons статьи и предполагаемое использование не разрешено законодательством или выходит за пределы разрешённого использования, необходимо получить разрешение непосредственно у правообладателя. Копия этой лицензии доступна по адресу: http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/.
Примечание издателя
Springer Nature сохраняет нейтралитет в отношении юрисдикционных притязаний, отражённых в опубликованных картах и указанных организационных принадлежностях авторов.
Авторы и организации
Ayaka Takasu¹˒² · Fumiaki Ishibashi³ · Rapat Pittayanon⁴ · Hon Chi Yip⁵ · James Weiquan Li⁶ · Munkhsaruul Bayaraa⁷ · Hyunsoo Chung⁸ · Do Hoon Kim⁹ · Kamin Harinwan¹⁰ · Quang Dinh Le¹¹˒¹² · Adolfo Parra-Blanco¹³ · Paulo Kassab¹⁴ · Vincenzo Giorgio Mirante¹⁵ · José Murillo-Rodriguez¹⁶ · Regina Rie Imada¹⁷ · Renata Nobre Moura¹⁸ · Sabina Beg¹⁹ · Pedro Genaro Delgado-Guillena²⁰ · Marta Rodriguez-Carrasco²¹ · Seung-Hun Chon²² · Chul S. Hyun²³ · Grigorios Christodoulidis²⁴ · Vo Duy Long²⁵ · Zili Xiao²⁶ · Sergey Kashin²⁷ · Roman Kuvaev²⁸ · Ian Yu-Hong Wong²⁹ · Robert Bechara³⁰ · Mitsuru Esaki³¹ · Waku Hatta³² · Motohiko Kato³³ · Seiichiro Abe³⁴ · Sho Suzuki³⁵ · Kohei Takizawa³⁶ · Joo Ha Hwang³⁷ · Wai Keung Leung³⁸ · Duc Trong Quach¹¹˒¹² · Matsuda Satoru³⁹ · Han-Kwang Yang⁴⁰ · Takuji Gotoda¹˒²
Автор для переписки: Fumiaki Ishibashi fi-gast@med.showa-u.ac.jp
-
Отделение гастроэнтерологии, Больница Института рака, Японский фонд исследований рака, Токио, Япония.
-
Подразделение гастроэнтерологии и гепатологии, кафедра внутренних болезней, медицинский факультет Университета Нихон, Токио, Япония.
-
Центр заболеваний органов пищеварения, Северная больница Иокогамы Медицинского университета Сёва, Канагава 224-8503, Япония.
-
Подразделение гастроэнтерологии, кафедра внутренних болезней, медицинский факультет Университета Чулалонгкорна и Мемориальная больница короля Чулалонгкорна, Бангкок, Таиланд.
-
Кафедра хирургии, медицинский факультет Китайского университета Гонконга, специальный административный район Гонконг, Китай.
-
Подразделение внутренних болезней и стационарной помощи, больница общего профиля Sengkang, Сингапур, Сингапур.
-
Отделение гастроэнтерологии и эндоскопии, больница UB Songdo, Улан-Батор, Монголия.
-
Кафедра внутренних болезней, медицинский колледж Сеульского национального университета, Сеул, Корея.
-
Отделение гастроэнтерологии, медицинский центр Asan, медицинский колледж Ульсанского университета, Сеул, Корея.
-
Подразделение гастроэнтерологии и гепатологии, кафедра внутренних болезней, больница и медицинский колледж Phramongkutklao, Бангкок, Таиланд.
-
Кафедра внутренних болезней, медицинская школа Университета медицины и фармации Хошимина, Хошимин, Вьетнам.
-
Отделение гастроэнтерологии, больница Nhan Dan Gia Dinh, Хошимин, Вьетнам.
-
Ноттингемское подразделение биомедицинских исследований заболеваний органов пищеварения NIHR, фонд университетских больниц Ноттингема Национальной службы здравоохранения, Ноттингем, Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии.
-
Подразделение хирургии пищевода и желудка и бариатрической хирургии, кафедра хирургии, больница и медицинская школа Santa Casa de São Paulo, Сан-Паулу, Бразилия.
-
Гастроэнтерологическое подразделение A, больница Borgo Trento, Объединённая университетская больница Вероны, Верона, Италия.
-
Отделение хирургии, больница Mexico, Коста-Риканская система социального страхования, Сан-Хосе, Коста-Рика.
-
Santa Casa de Misericórdia de São Paulo, Сан-Паулу, Бразилия.
-
Отделение гастроэнтерологии, Институт рака Сан-Паулу (ICESP), медицинский факультет Университета Сан-Паулу, Сан-Паулу, Бразилия.
-
Отделение гастроэнтерологии, фонд Восточного и Северного Хартфордшира Национальной службы здравоохранения, Хартфордшир, Соединённое Королевство.
-
Отделение гастроэнтерологии, больница Мериды, Бадахос, Испания.
-
RISE@CI-IPO — сеть исследований в области здравоохранения, Португальский институт онкологии Порту (IPO Porto), Порту, Португалия.
-
Кафедра гастроэнтерологии и гепатологии, медицинский факультет и университетская больница Кёльна, Кёльнский университет, Кёльн, Германия.
-
Секция заболеваний органов пищеварения, медицинская школа Йельского университета, Нью-Хейвен, Коннектикут, США.
-
Отделение общей хирургии, университетская больница Ларисы, Лариса, Греция.
-
Отделение хирургии желудочно-кишечного тракта, Университетский медицинский центр, Университет медицины и фармации Хошимина, Хошимин, Вьетнам.
-
Отделение эндоскопии желудочно-кишечного тракта, больница Huadong, Фуданьский университет, Шанхай, Китай.
-
Отделение эндоскопии, Ярославская областная онкологическая больница, Ярославский государственный медицинский университет, Ярославль, Россия.
-
Отделение эндоскопии, Ярославская областная онкологическая больница, Ярославль, Россия.
-
Кафедра хирургии, школа клинической медицины, медицинский факультет LKS, Гонконгский университет, специальный административный район Гонконг, Китай.
-
Кафедра внутренних болезней, подразделение гастроэнтерологии, Центр медицинских наук Кингстона, Кингстон, Онтарио, Канада.
-
Кафедра внутренних болезней и биорегуляторных наук, высшая школа медицинских наук Университета Кюсю, Фукуока, Япония.
-
Подразделение гастроэнтерологии, высшая школа медицины Университета Тохоку, Сендай, Мияги, Япония.
-
Центр диагностической и лечебной эндоскопии, медицинский факультет Университета Кэйо, Токио, Япония.
-
Подразделение эндоскопии, больница Национального онкологического центра, Токио, Япония.
-
Отделение гастроэнтерологии, больница общего профиля Итикавы Международного университета здравоохранения и социального обеспечения, Итикава, Япония.
-
Отделение гастроэнтерологии, онкологический центр Канагавы, Канагава, Япония.
-
Подразделение гастроэнтерологии и гепатологии, медицинская школа Стэнфордского университета, Пало-Альто, Калифорния, США.
-
Кафедра внутренних болезней, школа клинической медицины, медицинский факультет имени Ли Кашина, Гонконгский университет, Гонконг, Китай.
-
Кафедра хирургии, медицинский факультет Университета Кэйо, Токио, Япония.
-
Национальный онкологический центр, Коян, Корея.
По теме
- Клинические рекомендации «Рак желудка»
- Киотская классификация Helicobacter pylori: эндоскопическая оценка риска рака желудка
- Эндоскопические признаки кишечной метаплазии желудка
- Количество биопсий для диагностики раннего рака желудка
- Эндоскопическая диагностика раннего рака желудка по Kenshi Yao
- Ранний рак желудка: современный взгляд на проблему
Источник и лицензия
Ayaka Takasu и соавт. Стратегии скрининга для раннего выявления некардиального рака желудка в регионах с низкой и умеренной распространённостью: консенсус Азиатско-Тихоокеанского конгресса по раку пищевода и желудка 2026 года. Gastric Cancer. 2026;29:1185–1205. DOI: 10.1007/s10120-026-01800-4.
Оригинальная статья распространяется по лицензии Creative Commons Attribution 4.0 International (CC BY 4.0). Выполнен полуавтоматичесий перевод с английского.



.jpg)









Комментарии